someoneblack (someoneblack) wrote,
someoneblack
someoneblack

Ольга. 9 дней...


9 дней прошло. В ночь с 14 на 15-е.
Утром 15 августа меня разбудил телефонный звонок. Какая-то женщина спрашивала, не могу ли я поискать ольгин рюкзак и паспорт, говорила что-то про опознание... Я пыталась объяснить. что валяюсь дома с бронхитом, а вовсе не в Полбино и вообще плохо понимала, что, собственно, случилось. А потом открыла ЖЖ, и смерть Ольги тут же стала моей личной трагедией.
Вечером того же дня мы с Сашей 9091 привезли родным Ольги ее вещи. Я не знала, как смотреть в глаза матери. Она плакала, говорила, что готова отдать любые деньги, лишь бы Олю нормально привезли в Москву из Шатуры...
Следующие два дня были сплошным калейдоскопом лиц, телефон не замолкал ни на минуту. Все спрашивали, что случилось, знала ли я Ольгу лично, почему вообще занялась сбором денег... Мои ответы в скором времени сложились в заученную скороговорку, так было легче.
Страшное ДТП, плохая дорога, резкий поворот, уклон, задымление, не вписались в поворот, двое ребят в больнице, нет, я не знала Олю лично, просто были в одном лагере, сделаем все, что в наших силах...
И вот за всеми этими словами не оставалось времени на боль и слезы. И хорошо, что не оставалось.
Я не знала Ольгу, но этого и не нужно, чтобы понимать, каким светлым, добрым, деятельным человеком она была. Не нужно знать лично, чтобы чувствовать боль потери. Не нужно знать, чтобы не остаться в стороне. Не бывает чужой беды. И для Оли не было, иначе она не поехала бы тушить какой-то лес у какой-то деревни. И вот пока есть такие люди, которым не все равно, которые бросают свою мелкую повседневность и срываются с места ради того, чтобы просто отстоять хотя бы несколько деревьев, нам есть, на что надеяться.
Незачем врать стандартными для такого случая фразами. Незачем говорить, что все пройдет, что время лечит. Чушь это все. Время - не лекарь, а коновал. Оно помогает спрятать полынную горечь потери куда-то глубоко, но не способно запретить ей прорываться наружу. Что может быть страшнее, чем хоронить собственного ребенка? И неважно, сколько ребенку лет, для матери совсем неважно. Потом остается только учиться жить без огромной части себя, но с фантомной болью.
Мне как-то подумалось, что вот из таких родных и близких частичек на самом деле и состоим мы все. И когда кто-то уходит, то забирает с собой что-то от любящих, любимых, близких, друзей. Иногда почти незаметно, иногда - оставляя рваные раны...
Это всегда несправедливо, когда уходят вот так. Несправедливо, когда уходят яркие, не жалевшие себя, не жившие эгоистичной глупостью люди. Иногда в лесу можно наткнуться на совсем не лесные, невероятно красивые цветы. Одиночные, органично вписавшиеся в окружающий пейзаж, или растущие стайками, держащиеся друг за друга. И ты, проходя мимо, остановишься и полюбуешься, а кто-то потом сорвет их или наступит. И в следующий раз не обнаружив цветка на месте, вроде, и подумать ничего не успеешь, но что-то больно царапнет в глубине. Так и с людьми, кажется. Яркие звезды, не жалеющие света, сгорают быстрее. Один из законов вселенной, и пора бы уже привыкнуть, а не получается...
У нас с самого утра льет грибной дождик. Без особой надежды на грибы, но все же наверстывает упущенное, залечивает ожоги леса. А еще у нас пироги из русской печки. Я не знаю, что полагается делать на 9-й день, как поминать, но вот почему-то подумалось, что сочетание деревни, тихого дождя и домашних пирогов Ольгу бы порадовало.
Светлая память.
Tags: пожары
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments